Последние месяцы у меня не перестают ломаться стереотипы о Кавказе и мусульманах.

На прошлой неделе принял активное участие в мусульманских похоронах. Умерла бабушка друга. Не буду все тонкости похорон описывать, а расскажу о нескольких персонажах, которые произвели на меня впечатление. Увы отрицательное.

В кавказских горных аулах большинство, если не все, людей живут в частных домах. Зачастую несколько домов в одном дворе. На похороны приезжают все, включая весь аул, дальних родственников и знакомых. Наверное, несколько тысяч в день я там встретил. И некоторые остаются в доме пока не закончатся все мероприятия, а это примерно 5-6 дней.

Хозяева, не смотря на горе, оказывается должны всех кормить, каждый день. И представьте себе как можно было все это успевать. Для питания было организовано несколько точек. Кормили как на свадьбе: первое, второе, компот, сладости, фрукты, лакумы и тд. Назначили меня ответственным за то, что все приезжающие мужчины были сыты.

В первый день я со своими обязанностями справлялся плохо. А все потому, что меня в дураках оставляла женщина по имени Жансурат. Если не ошибаюсь двоюродная племянница усопшей. Была Жансурат внушительных размеров, но несмотря на это была очень юркой.

Девочки мне говорили, чтоб я завел в пункт питания мужчин и пока я их уговаривал и собирал, Жансурат уже завела своих «подруг» (она «дружила» со всеми женщина, которых когда либо видела, но ее никто не мог терпеть и просто из-за уважения к возрасту и воспитанности ей ничего не говорили). И так продолжалось весь день. Ей начинали намекать, потом говорить прямо, что остальных тоже нужно покормить. Но она не унималась. Каждые полчаса с кого-то заводила, а заодно и сама с ними сидела и ела. Как выяснилось, вся эта забота о гостях была только ради того, чтобы самой поесть.

Один раз я ее опередил. Идет она с очередной партией подружек, которые поели с ней буквально час назад, открывает дверь, а там мужчины трапезничают. На своем лице она такую гримасу выстроила, что мужчины, которые ни в чем не виноваты (их я просто заставил зайти и поесть), почувствовали себя не в своей тарелке. На роже у Жансурат легко читались проклятия, которые она в слух не произносила.

Игнат Вагнер